Новости нашей больницы

1 июня в День защиты детей состоялся творческий конкурс детей...
Директор департамента здравоохранения Костромской области Евгений Нечаев посетил Отделение №...
13 марта вице-премьер Правительства РФ Ольга Голодец посетила ОГБУЗ «Городская...
3 октября Губернатор Костромской области Сергей Ситников посетил сразу несколько...
В минувшую среду на врачебной конференции коллектив больницы принимал поздравления...
В предверии Дня Победы мы пригласили в гости ветеранов больницы,...
В 2018 году ОГБУЗ «Городская больница г. Костромы» отметит свой...
В рамках подготовки к юбилею ОГБУЗ "Городская больница г. Костромы"...
В городской больнице Костромы состоялось Посвящение в профессию молодых специалистов-2016 В...
НАШИ УЧАСТКОВЫЕ-ТЕРАПЕВТЫ - СРЕДИ ЛУЧШИХ В РОССИИ!Результаты работы костромских врачей...
16 ноября начал работу специализированный педиатрический офис «Доктор рядом». Одними из...
  Новое отделение больницы 1 ноября 2016 года Губернатор Костромской области Сергей...
24 октября на традиционной врачебной конференции Директор департамента здравоохранения Костромской...
Обратная связь в действии «Помогите нам стать лучше»: почтовые ящики с...
В ПЕДИАТРИИ НЕОБЪЯСНИМОЕ НАЧИНАЕТСЯ С РОЖДЕНИЯ РЕБЕНКА «Русский закат - самое...

В ПЕДИАТРИИ НЕОБЪЯСНИМОЕ НАЧИНАЕТСЯ С РОЖДЕНИЯ РЕБЕНКА

«Русский закат - самое красивое явление природы… Врачи педиатры- в чем-то сами немного дети… Рождается ребенок хрупкий, слабый. Родители недоумевают: с чего бы это? Ага, ты пьешь, куришь, а претензии к кому? К роддому?.. Ребенка нельзя помещать в тепличные условия», - Галина Геннадьевна Зотова - заместитель главного врача по поликлинической работе. У нее беспокойное хозяйство – она курирует три детских и три взрослых поликлиники Городской больницы Костромы.Тем не менее, она выкроила 30 минут из своего обеденного перерыва, чтобы ответить на наши вопросы.

- Галина Геннадьевна, какое направление доставляет больше хлопот, взрослое или детское?

- Взрослое. Я проработала в педиатрии тридцать лет и «детство» для меня как на ладони. Какие-то вопросы, относящиеся к взрослой терапии, были в новинку, что-то приходилось осваивать с нуля, чему-то уделять больше внимания. Но ничего, нашлись точки соприкосновения.

- Сейчас вы, можно сказать, чиновник. Не скучаете по практической медицине?

- В первую очередь, я педиатр высшей категории. Вообще, мне всегда удавалось совмещать административные обязанности с врачебной практикой. Когда работала заведующей детской поликлиникой на Гагарина, продолжала вести амбулаторный прием. В настоящее время также практикую. Работа с детьми для меня это что-то особенное. Без этого я себя не мыслю.

- Традиционный для наших интервью вопрос: как вы пришли в медицину?

- Не случайно. Моим идеалом в детстве был участковый врач железнодорожной поликлиники Костромы. Как сейчас помню: Баса Наумовна, фамилия для ребенка тогда была не так важна. С тех пор мечтала о том, чтобы стать доктором, ведущим прием детей. Для меня мой участковый педиатр был идеалом женщины, которая помогает и несет добро. К окончанию школы эта мысль во мне только укрепилась.

- Какой институт заканчивали?

- Ивановский.

- … и по распределению попали в Кострому?

- Не хотела возвращаться. По натуре я романтик, одно время мы с семьей жили на Чукотке, так что меня тянуло куда-то на Север. Но судьба распорядилась по своему: на пятом курсе вышла замуж, потом родила двойняшек. На руках двое детей, муж. Путь был предопределен: назад к родителям в Кострому.

Здесь же окончила интернатуру на базе 1-й городской больницы. Так что, как пришла сюда в восьмидесятом, так больше никуда и не уходила.

- Что самое сложное в медицине?

- В разные периоды - по-разному. Когда шло мое становление как врача, самым тяжелым было пережить смерть больного. В то время, помимо амбулаторного приема, мы по графику дежурили в стационаре, в детском и инфекционном отделениях, нам везли детей со всей области, были тяжелые дети с менингококкцемией, заболеваниями крови. Страшно осознавать, что ты ничем уже не можешь помочь.

Нечасто, но приходилось на участке посещать безнадежных детей с онкопаталогией. Одного такого мальчика из больницы выписали: видишь эти тусклые глаза, видишь, как он хочет жить, но он угасает, и с этим ничего не поделаешь. Страшно.

Также очень сложно было с больными, которые рождались с врожденной патологией. Был у меня ребенок с гидроцефалией. Замечательная мать, прекрасные родители, они из всех сил за ним ухаживают, заботятся. А сделать по - большому счету ничего нельзя. А нужно родителей как-то подбодрить, дать им какую-то уверенность, что мы готовы и дальше бороться.

Вообще, когда пациент уходит из жизни, для врача - всегда трагедия, не важно, молодой ты доктор или со стажем.

- Были в вашей практике случаи, которые с точки зрения медицины необъяснимы?

- В педиатрии необъяснимое начинается с момента рождения ребенка. В буквальном смысле: сам новорожденный ведь не может объяснить, что именно его беспокоит. За него скажут родители, мама, бабушка, но одно дело видеть, другое понимать. 

Другой момент. Иногда вот смотришь на детей из неблагополучных семей и не понимаешь, как они вообще выживают? В свое время, когда была заведующей поликлиникой по таким семьям много походила. Это сейчас у нас это… завуалированно, а тогда к ним в обязательном порядке выходили три службы: социальный работник, милиционер и врач. Дети как-то умудрялись жить среди этих горе-родителей, бушующих, дерущихся! И мать с отцом спивались, а дети тянулись к жизни, выживали и постепенно крепли.

Другое дело, что потом это все равно проявлялось. Приходилось наблюдать уже детей тех детей – у них обнаруживались те же заболевания, которыми страдали их родители. Чудес не бывает, генетика есть генетика.

С другой стороны, в благополучных семьях часто дети вырастают хилыми и болезненными. Ребенка нельзя помещать в тепличные условия!

- Говорят, что раньше и солнце светило ярче, и травка была зеленее, и деревья выше (правда,в этой логике и тараканы должны были быть крупнее). Медицина та и медицина сейчас - насколько они сопоставимы?

- Думаю, везде можно найти как положительные, так и отрицательные моменты.

Тогда мы были молоды, все было по плечу. Кстати,тогдашние социалистические соревнования были реальным двигателем прогресса в нашей амбулаторно-поликлинической практике. Был энтузиазм, искреннее стремление стать лучше, добиться большего. Это работало.

Художественная самодеятельность: мы все тогда пели и все танцевали. Вовлекали туда наши семьи. Наша поликлиника часто становилась победителем областных конкурсов. И сложно было, и маленькие дети, но был коллектив, чувство локтя и задор.

Пусть вечера, на которые мы все собирались, были с оттенком социализма, что ли, но если коснуться тонкостей души, это встречи с друзьями, коллегами, огромный заряд настроения. Потом это постепенно стало отходить.

Конечно, по оснащению, по уровню организации сейчас медицина неизмеримо выше. Помню, мечтали: вот бы провести ремонт в поликлинике, ведь двадцать лет не было. Двадцать лет! Разве сейчас в это можно поверить?

С тех пор, мы несравнимо продвинулись дальше. Раньше на что ориентировались? Фонендоскоп, рентген, клинический анализ крови, мочи. Все! Никакого УЗИ, никакого томографа, маммографии и так далее. Сейчас мы стремимся к автоматизации, и если добьемся, чтобы каждый врач на рабочем месте одним нажатием кнопки мог получить полную информацию о больном, видеть результаты снимков, анализов, анамнез- это же будет здорово!

Сейчас, чтобы врач имел возможность практиковать, он должен повышать свою квалификацию, продлевать свой сертификат. Он просто обязан постоянно учиться. Раньше, тот, кто не очень стремился к новым знаниям, мог годами работать «на старом багаже».

- Изменились ли со временем сами пациенты?

- Раньше они были более доброжелательными.Помню, дежуришь в стационаре. Поступает ребенок с ларинготрахеитом. Это когда вот сейчас он дышит нормально, а через 5-10 минут – удушье. Небулайзеров тогда не было, в стационаре проводили ингаляции. Всю ночь сидишь с ребенком и дышишь. Мама дремлет, а ты дышишь, а утром идешь в поликлинику на прием. Мама тебя находит, приходит и говорит: «Спасибо за ребенка, вы же с ним всю ночь возились».

Сейчас слова благодарности - редкость. Изменилось наше общество, изменились наши дети.

Вспомнилось вот. Участковые педиатры часто совмещают работу в детских садах, школах. Пришла как-то в школу (это было в разгар перестройки), а дети ведут себя просто безобразно. Обратилась к директору, мол, приструнили бы, невозможно вести прием, а та отвечает: «Что вы, доктор такое говорите? Школа - отражение нашего общества». Общество мол, бурлит, вот и дети бесятся.

Отношение сегодняшних пациентов к врачам - отражение настроения в обществе. А всего-то бы сказать:«Спасибо, доктор». Тем более, что педиатры, в подавляющем большинстве, приходят в профессию по зову души. 

- В вашей жизни были Учителя с большой буквы?

- В интернатуре - Лариса Борисовна Пискунова, пусть и немного со мной поработала.

В амбулаторно-поликлинической службе наставниками всегда бывают заведующие. У меня таким учителем была Ася Федоровна Кашевар. Превосходный специалист, уравновешенный человек. Она выделяла меня за то, что я стремилась что-то улучшить, изменить. До сих пор ей благодарна. Ее уже нет в живых, знаю, где ее могилка, навещаю.

Лютая Евдокия Петровна, тоже заведующая поликлиникой. В стационаре - Староверова Галина Дмитриевна.

- А у вас есть ученики?

- Конечно. Так получилось, что большинство моих коллег - одного поколения. В те времена мало приходило молодых специалистов. Когда я стала заведующей, то превратилась в маму для всех и даже тех, кто был старше меня. Ко мне шли с разными проблемами: семейными, житейскими. 

Жизнь заставляла. Кто-то с мужем разводился, кого-то замуж выдавали. Казалось бы, нерабочие вопросы, а как без них? Многие становились для меня не только учениками, но и подопечными.

- Чем заполнена ваша жизнь помимо медицины?

- Два раза в год я обязательно путешествую. При этом стараюсь один раз съездить зарубеж, один по стране. В этом году я была в Марокко. Убедилась, что мусульманский мир – это… иной мир. В России была в Карелии, на Селигере, во многих других местах.

У меня большая семья: две дочки, два зятя, четыре внука, мама, брат, муж – двенадцать человек и все праздники мы вместе. Стараюсь больше быть с внуками. Внуки вообще быстро от мам, от бабушек отходят, и чтобы этого не произошло, стараюсь уделять им больше внимания. Обучила внуков плаванию. 

У современных детей ведь одна нянька – планшет, да компьютер. Иногда кажется, что они говорят с тобой на иностранном языке. Приходится соответствовать современным веяниям.

А еще у меня есть домик в деревне. Там банька, костерок разведешь – хорошо! У меня есть закат. Иногда смотрю и думаю, что лучше нашего заката ничего в природе и не бывает.

- Есть ли у вас мечта? Нет, не так: давайте помечтаем на профессиональную тему и, отдельно, о личном.

- Хотелось бы, пусть в завершение своей карьеры открыть хотя бы одну поликлинику, в которой бы все было в соответствии. Чтобы это было не приспособленное помещение, а специализированный проект, отвечающий всем необходимым стандартам. Чтобы там все было светло, понимаете? Чтобы люди приходили туда и радовались.

Семье пожелала бы стабильности и чтобы все были здоровы. Ну и внуки – так получилось, что мои дочери не стали докторами, хотя очень хотели: может быть, кто-нибудь из внуков пойдет по моим стопам.

Репортаж о детской поликлинике
50 лет травматологии